Монолог о гОре

***** Монолог о горе
(в продолжение поста о "Жизни и Смерти")

…Чтобы проститься с близким человеком, важно сохранить о нем светлую память.
Чтобы войти в горе о ближнем — в переживание утраты его физического присутствия — важно воссоединиться в своей любви с ним. Признать свою любовь по праву (ведь каждый имеет право любить!)… Показать полностью…[/url]
Только тогда возникает уважение к судьбе ушедшего и встает всё на свои места: моя любовь — это моя любовь [и она бессмертна], судьба близкого — это его судьба [и она такова, ее не изменить], и путь между нами основан не только на моих переживаниях утраты, но на светлом воспоминании, что этот человек был… И он Значим.

Без любви, горе — невозможно. А без проживания горя — человек неспособен воссоединиться в Любви к близкому. Вот такой парадокс!
/Это моё вИдение и понимание на сегодняшний день, не претендую на утверждение в том Истины/

Всё чаще наблюдается тенденция, когда горе — становится для многих современных людей непозволительной роскошью… И непосильной ношей симультанно. Нет времени на проживание горя: нужно учиться, работать, "развиваться" — двигаться вперед (двигаться без остановки!), решать социальные задачи, быть высокоэффективным гражданином, выполнять свои социальные функции и т.д…

Злободневная тема, о которой не так часто говорят, но она проявляется у каждой [не побоюсь этого заявления] третьей, а то и второй "опекунской семьи" — смерть родителя/родителей опекаемого и неспособность соприкоснуться с болью по этому поводу и раскрыть таящийся за тем ресурс. Как правило, это кровная опека, и, как правило, опекун — бабушка или дедушка, которые сами не способны понять, что же сделать с этим "горем" и куда его "задвинуть", чтобы смочь соответствовать всем требованиям статуса "опекуна".

Там, где в истории семьи неподступной горой основалось гОре, которое нет возможности прожить, о котором НЕ ГОВОРЯТ, где, возможно, много СТЫДА, ВИНЫ, а быть может ТАЙН и НЕДОМОЛВОК — очень быстро наступает сильная изоляция членов семьи, дистанция, плавно переходящая в "расщелину", а затем в — "пропасть"…
На совместных занятиях опекаемых и их родственников то быстро становится заметным: взрослые стараются молчать, а дети — чаще говорят за взрослых. Порой прослеживается "смена" ролей: дети стремятся утешить или защитить взрослых, берут на себя много ответственности, либо намеренно "изолируют" опекуна в диалогах с психологом, переводят темы на устроенные ими "проблемы в школе" [проблемы, которые помогают опекаемым обратить внимание на себя и на то, что они чувствуют]. Иногда внуки злятся, иногда взрослые обижаются. Иногда эти эмоции передаются друг другу по очереди. Случается так, что чувства сложно распознать самим клиентам и они их приписывают ближайшим окружающим (злость, обиду, раздражение)… Много напряжения оказывается в "общем поле", много сил уходит на удержание "привычного" – того, что было в прошлом и связывало с ушедшим близким. Всё это способствует лишь разобщению и истощению в семье.

Зачастую, в совместном рисовании или пространственном моделировании семейных "проблем" (то есть того, с чем обращаются семьи) всегда "вырисовывается" слепая область – она, как правило, безымянная. Это место, которое по праву занимают ушедшие близкие, но оно, почему-то, остается непроявленным, необозначенным и, порой, не признанным семьей. На этом этапе помогает работа горя, в которой наступает смирение, принятие, а также утверждение любви к ушедшему родному… И всё-таки, для чего нужна любовь?! Древняя и такая неясная (особенно для детей и подростков)… Ведь с ней приходит столько боли?!

Любовь, как горящий огнём факел в руках, когда мы погружаемся в подвалы лабиринта горя, который водит людей по разным комнатам: вот зеркальная комната, в которой отрицается все происходящее и видно только отражение «эхо прошлого» — где есть близость с умершим родным; дальше может быть затопленная комната отчаянием — жгучей жидкостью, которая жжёт болью и обидой; вот открытое пространство, где от резкой темноты и холода наступает осознание своего "одиночества"; а там, далее, пустота, раскрывающаяся в огромном зале, сводящая с ума монотонным серым цветом будней…

Без согревающего и несущего свет огонька Любви человек просто не позволит себе "войти в горе" и тем самым пройти путь оформления Себя и отделения этого "себя" от родителя (как части внутреннего процесса сепарации, ведь он протекает независимо от того, жив родитель или нет).

Ps
"От чего столько слов про любовь?" – возможно, спросит тот, кто заинтересовался этой заметкой. Ведь любовь ребенка к родителю – дело настолько очевидное!
Поясняю. Ранний уход родителя – это, зачастую, следствие деструктивного [как правило, на уровне семейной системы] ПРОЦЕССА, который был запущен давно, а именно: имеет свои истоки (к примеру, в поколении прабабушек/прадедушек), начало проявления (как вариант — "начало употребления наркотиков" или "связь с антисоциальными группами", возможно просто "любовный союз" с заведомо опасной личностью и пр.), тяжелые последствия (физические болезни, увечья, деформации личностные и т.д.), итог (смерть). И дети были свидетелями этого процесса "разрушения". И образ родителя здесь очень противоречивый и сам по себе может быть "болезненным"…

Сопровождение семьи и индивидуальная работа с детьми помогают клиентам осознать внутреннее движение к Любви. Любви–Уважению. Признанию значимости родителя, не смотря на "исход". Любви – благодарности за Жизнь и то доброе и поддерживающее, что был в силах дать родитель (будь то единственная колыбель на ночь в 2 года или один день "трезвой мамы", пекущей блины на кухне; игра в приставку с папой или прогулка у пруда и кормление уток… когда родитель учил быть добрым и заботящимся человеком и доказал эту способность на личном примере). Любви – подтверждающей в итоге, что можно многое взять у родителя – ХОРОШЕЕ – и научиться многому… жить в ДОСТАТКЕ, а не страдать в дефиците…

/
С благостными пожеланиями, Е.Д.

Источник

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий